Ирина Мирошниченко (miroshnichenko) wrote,
Ирина Мирошниченко
miroshnichenko

Сыры и сырихи



В посте про подарки артистам Наташа Паксютова и Дима Кириченко обсуждали существование разных групп поклонников у артистов и возникающей иногда между ними «конкуренции». Я читала, и мне вспомнилось такое старое московское околотеатральное словечко – «сыры». Так называли поклонников театральных звезд - «сыры» и «сырихи».

Откуда взялись такие странные термины? Дело в том, что на Тверской, где теперь, по-моему, магазин Danone, раньше был магазин «Сыр». От него в двух шагах - Московский Художественный театр. Если пройти в арку - Театр Оперетты и проход к Большому театру. Напротив магазина «Сыр» - Театр Ермоловой через подземный переход, а рядом – магазин «Цветы» и цветочные киоски. Так вот поклонники театрального искусства самых разных направлений собирались в этом магазине «Сыр». Это было удобно – они там грелись, общались, иногда - мирно, иногда - конфликтовали друг с другом. А потом разбегались по окрестным театрам. Именно от названия этого магазина на Тверской и пошло это жаргонное словечко. «Сыры» – это организованные и не всегда доброжелательно настроенные друг к другу поклонники того или иного артиста.

Конечно, самые большие «сыры» и «сырихи» были в Большом. Ведущие тенора и танцовщики Большого обладали каждый своей армией поклонников, и у этих поклонников частенько дело доходило до драк.

Что касается нашего театра, то там тоже у каждого крупного артиста была своя «группа поддержки». Очень многочисленная группа была у Олега Стриженова. Группа Аллы Тарасовой была достаточно хорошо организованна, и они всегда вставала кругом у центрального прохода на сцену чтобы не подпускала других, пока все члены группы не отдадут ей свои цветы.

Вы же понимаете, что раньше такого количества цветов и таких роскошных букетов, как сейчас, не было. Несли по три гвоздички, зимой их заворачивали в газету. Зимой цветы достать в Москве было вообще очень сложно, к тому же, они были очень дорогие. Но все равно цветы несли, иногда - один букет от всей группы, на который скидывались. Именно поэтому людям было важно, продемонстрировать артисту, что этот букет - от них всех, выстроенных перед сценой полукругом. Из-за такого "регламента" между разными группами иногда возникали стычки. Сверху, со сцены, это было хорошо видно - как одна группка оттесняет или придерживает другую.

У меня со временем тоже появилась своя такая «группка». Возглавляла ее некая Люся Киселева. Она сначала была у Аллы Константиновны Тарасовой, а потом вместе со всей своей группой – а это четыре или пять ее подружек, они "перешли" ко мне. Так вот эта группа милых жещин приходила в Московский Художественный театр на все мои спектакли подряд! Вы можете себе представить? На все! Я каждый день играю, они каждый день там. Они каждый раз скидывались и обязательно покупали букет. На поклонах вся эта группа организованно стояла перед сценой, а после спектакля они все как один стояли у выхода, и я им обязательно давала автограф на сегодняшней программке. Это происходило каждый божий день. Немыслимо!

Однажды между «моей» группой и «стриженовской» произошел конфликт. «Стриженовцы» не подпустили «моих» к сцене, и те не успевали преподнести мне свой букет. При закрывающемся занавесе можно было видеть, как между ними случилась настоящая потасовка. Потом они мне сказали, что они будут выяснять отношения со «стриженовцами» в другом месте. В результате они договорились друг с другом о каких-то правилах – кто в какой день первыми подходит к сцене, кто справа, кто слева и т.п., и, вроде, больше конфликтов между ними мы не видели.

Наташа Паксютова спрашивает как сами артисты относятся к такой форме поклонения. Вы знаете, мне даже сейчас вспоминать их всех очень приятно. Они так любили сцену и театр! Они чуть не после каждого спектакля мне писали письма с разбором полетов - как я играла в этот вечер, как вообще шел спектакль. Они жили театром, это было больше чем хобби, это была их вторая жизнь. Скажем, их лидер, Люся, днем работала инженером в НИИ, воспитывала дочку, а все вечера напролет она проводила в театре. К сожалению, Люся уже ушла из жизни, также, как и все остальные, насколько я понимаю. А вот Люсина дочка жива-здорова. Она тоже стала научным сотрудником и тоже любит театр. Бывает, приходит на спектакли, но не так часто, как мама. Хотя премьеры не пропускает. Иногда звонит мне, поздравляет с праздниками.

В наши дни я тоже, бывает, сталкиваюсь с какими-то не совсем здоровыми формами фанатизма. Не могу об этом говорить, потому что не хочу никого обидеть. Но бывают люди, от которых немножко становится страшновато и ты не знаешь, как уже дать автограф тихо, чтобы все было спокойно, чтобы он не нервничал, чтобы ты не нервничала, и чтобы без всяких последствий выйти из ситуации. Люди разные бывают.

Ваша Ирина Мирошниченко

Tags: МХТ им. Чехова, как это делается, личное, про актеров и людей
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 29 comments
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →
Previous
← Ctrl ← Alt
Next
Ctrl → Alt →