Ирина Мирошниченко (miroshnichenko) wrote,
Ирина Мирошниченко
miroshnichenko

Ну, это уж слишком!




Давно обещала рассказать историю появления фразы «Ну, это уж слишком!» в мхатовской «Чайке» 2001 года.

На нее обратила внимание rucanadian_1 в своем комментарии :

… Очень люблю сцену, где Вы говорите, что до сих пор как девочка, а потом вдруг, что это уж слишком... Как будто два совершенно разных человека говорят в этот момент! Спектакль и фильм по нему просто замечательный!

Лариса

Знаете, у французов есть такой термин - а propos"кстати". Так называют, в частности, реплику, брошенную актером как бы между прочим, в зал.

Такие реплики иногда пишутся автором, а иногда рождаются сами собой прямо на сцене.

Пример авторской а propos – фраза Аркадиной «Теперь он мой». Когда Аркадина говорит Тригорину о своей любви, он отвечает: «Бери меня, увози, но только не отпускай от себя ни на шаг...» И Аркадина как бы про себя победно объявляет: «Теперь он мой»! В этом месте в зале всегда был хохот. Каждый раз! Так было при Ефремове, так это играли все артистки до меня, и так написано у Чехова.  

А когда мы в 2001 сдавали этот спектакль Олегу Павловичу Табакову, он сидел в зале, смотрел, а потом сделал такое замечание:

- Ирина, не надо так откровенно говорить в зал: «Теперь он мой».

- Так ведь так написано у Чехова!

- Знаю. Убери.

- Хорошо.


С тех пор  я выхожу, сажусь вся сияющая, «теперь он мой» не говорю. Но каким-то образом это проживаю, смотря в зал. И зал все равно хохочет от того, какая я выхожу счастливая.

Это - а propos от Чехова. Мы просто позволили себе такую вольность эту реплику не произносить. А вот та сцена, которая запомнилась Ларисе - это a propos от Ирины Мирошниченко.

Начинала я играть эту роль в 2001 году. Раньше для роли Аркадиной всегда шились потрясающие туалеты, шляпы, чего там только не было! Это ведь блестящая актриса, столичная звезда, да еще и кокетка: "Я как цыпочка. Хоть пятнадцатилетнюю девочку играть".

Но мы решили строить эту роль совершенно по-другому. Аркадина в постановке нулевых - деловая женщина, работающая лошадь, содержащая всех, кто тут есть. Включая сына, брата и даже на тот момент - Тригорина. В такой трактовке мне не надо было перед ним хорохориться, разодеваться. Мы придумали одно нейтральное маленькое черное платье с белым воротничком. Рисунок был такой: яркая голова, макияж, вообще она вся такая яркая, но одета строго.

Проходит время. И к моменту, когда снимается телевизионная версия спектакля, у меня происходят некие изменения в жизни, связанные со здоровьем. В результате этих изменений я прибавила много килограммов. Конечно, это была проблема. Я на этот счет комплексовала, хотела забросить "Чайку", я пишу об этом в книжке. Потихонечку стала уходить от фразы про 15-летнюю девочку.

И один из моих комплексов проявился как раз в этой реплике, которая у меня непроизвольно
вырвалась на одном из спектаклей. В той самой сцене мы стояли вместе с «Машей» - Евгенией Добровольской. Я как-то очень увлеклась, и игриво так говорю:  «Я как цыпочка. Хоть пятнадцатилетнюю девочку играть»! - а сама про себя думаю: что-то я разошлась сегодня, это уже перебор. И имея в виду именно это, посмотрела на Женю и говорю: "Ну, это уже слишком"! Женя как грохнет от смеха, и весь зал - тоже. Потом режиссер говорит: "Слушай, давай оставим эту реплику".


Эта реплика стала одной из красок, которая не только мне позволяла ощущать себя в этой роли нормально, она давала возможность персонажу пребывать в своем возрасте и относится к этому с определенной долей самоиронии. Чехов такую самоиронию в образ Аркадиной безусловно закладывал: я как девочка, как цыпочка… - это ведь она сама над собой смеется!

Аркадина – умна, иронична, талантлива. Иначе зачем бы Чехов писал про нее, посвящал ей целую пьесу? Все вокруг нее сходят с ума. Например, Треплев – от ревности, от своей несостоятельности. Она – олицетворение того старого театра, который он не любил. Она – олицетворение силы и успешности в этой жизни.

Хотя я всегда пыталась играть эту роль немного по-другому. Мне хотелось показать, что ей и самой бывает очень худо. Очень трудно держать себя, держать лицо перед всеми, держать всю свою жизнь в своих собственных руках. Не расслабиться, не разнюниться и не пустить все в разнос.

Эта тема – судьба успешной актрисы -  актуальна и для любого века, и для любого периода жизни актрисы. Поэтому возраст Аркадиной – это, конечно, определенная условность. Я помню Аркадину, которую играла Ангелина Иосифовна Степанова, которая была намного старше меня, когда я начинала и даже сейчас, когда уже вроде как заканчиваю. Но Ливанов настаивал, чтобы эту роль играла именно она. И она играла ее блестяще, в своей собственной манере, в своем рисунке. Она играла стареющую женщину, которая держит себя в этом корсете, ведет за собой мужчину.

Ну, правда, и мужчина при этом должен быть все-таки партнером, а не мальчиком бегать. Мой партнер – Михаил Хомяков, мне вполне соответствует, у нас нет какой-то огромной разницы, вообще этой темы нет.

Ну что ж, вот такой сегодня получился пост - история одной фразы.

Ваша Ирина Мирошниченко.

Tags: МХТ им. Чехова, Чайка, как это делается, коллеги
Subscribe
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 10 comments