Ирина Мирошниченко (miroshnichenko) wrote,

О Валентине Малявиной


Первая передача про Валентину Малявину



Вторая передача про Валентину Малявину


Мои дорогие блогеры!


Я этого не знаю наверняка, но мне кажется, что команда читателей у нас в блоге, в принципе, достаточно молодая. И хотя беда может произойти в любой семье – и молодой, и не очень, молодым людям не свойственно задумываться об этом. Бежишь в потоке своей жизни - проблемы, дела, перспективы, планы. Но бывают моменты, когда в твоей жизни происходит что-то экстраординарное, что тут же выбивает тебя из привычной суеты, и может всколыхнуть в тебе массу позабытых ощущений и воспоминаний.  Вот о таком событии я хочу вам рассказать.

Вы знаете, что я частенько участвую в программах "Пусть говорят", "Прямой эфир", и даже иногда в программе "Говорит и показывает" на НТВ. Поводы для этого обычно приятные - дни рождения, юбилеи разных артистов. А бывают грустные - смерти людей, их уходы. Когда идет момент воспоминания или прощания с той или иной личностью, тогда зовут актеров, друзей, знакомых героя программы.

Несколько месяцев назад я приняла участие в записи программы, посвященной Валентине Малявиной. Меня не случайно пригласили на ту программу, в юности мы с Валентиной были очень дружны. Мы вместе учились на первом курсе Школы-студии МХАТ, много времени проводили вместе. Потом Андрей Тарковский предложил ей роль в картине «Иваново детство», и она встала перед выбором: съемки в фильме или учеба. В Школе-студии не поощрялось участие студентов в съемках, я уже рассказывала, как меня чуть не исключили за крошечный эпизод в фильме «Я шагаю по Москве», а тут - центральная женская роль! Совместить это было невозможно, и она выбрала кино.


Валентина Малявина в фильме «Иваново детство»

После съемок у Тарковского Валентина перевелась от нас в Щукинское училище, которое потом и окончила. Судьба нас раскидала. Я еще какое-то время за ней следила, смотрела ее фильмы, знала о каких-то фактах ее личной жизни. Когда мы с ней случайно встречались, то всегда искренне радовались, кидались друг к другу на шею, но потом стали видеться все реже, и в какой-то момент я ее совсем потеряла из виду. Обо всех бедах, которые ее потом постигли, я по сути стала узнавать только теперь, на этих вот передачах.

Та, первая программа прошла очень эмоционально, в числе прочего поднимался вопрос о том, что ее сейчас держат в каком-то закрытом учреждении, в которое никого не пускают, она полностью изолирована от общества.

Прошло время, вдруг раздается звонок из программы "Прямой эфир", и мне делают неожиданное предложение. Именно я должна была попробовать пробиться через все кордоны частного пансиона и попасть к Валентине Малявиной на свидание. И не просто попасть, а еще постараться снять эту встречу на пленку.

Честно говоря, я не думала ни секунды. Я сказала: "С удовольствием! Готовьте съемочную группу!" Почему я так сказала? Во-первых, после первой программы у меня осталось чувство, что я обязательно должна повидать ее, но не понимала как это сделать. Во-вторых, мне казалось, что я смогу убедить охранников пропустить меня. Единственное, что меня смущало - это момент съемки. Стала советоваться со своей подругой. Она тоже засомневалась:

-       Может, вам не стоит этого делать, Ирина Петровна?
-       Почему? Что в этом плохого - навестить давнюю подругу?
-       Ну ведь вы идете туда не с частным визитом, а ведете за собой телевидение.
-       А с частным визитом у меня туда пройти еще меньше шансов, я ведь не родственница. А тут будет все-таки какая-то поддержка со стороны телеканала, они вроде бы даже уже звонили руководству пансиона.

В общем, я решила. В назначенный день телеканал Россия прислал за мной машину, и мы поехали. Взяла из дома банку икры, которую приготовила на свой день рождения, по пути заехала в «Азбуку вкуса», купила первой клубники и конфеты с символичным названием Merci – такое образное «спасибо» за нашу студенческую дружбу. Очень хотелось ее чем-то порадовать. Хотела еще купить большой букет цветов, но киногруппа сказала, что цветы они обеспечат сами.

Приехали на место. Мне предлагают привесить на одежду маленькую камеру. Я сразу отказываюсь. Со скрытой камерой я вообще не работаю, и очень не люблю когда со мной такое продлевают. Я уж лучше спрошу разрешение на съемку, а потом уже снимайте что хотите в открытую. Так что я пошла к охране одна, а съемочная группа с микрофоном и камерой расположилась недалеко от входа и включила мотор. Таким образом мое общение с представителями пансиона оказалось заснятым, на передаче эти кадры потом показали.

Сначала я пыталась убедить охрану меня пропустить на территорию, мотивируя тем, что руководство пансиона предупреждено о моем визите. Они об этом первый раз слышали. Тогда я попросила пригласить ко мне кого-то из руководства или лечащего врача Малявиной. Ко мне вышли сначала старшая медсестра, а потом и лечащий врач Валентины. Они обе твердо объявили – нет, посещения запрещены, правила строгие, меня не пустят внутрь. Я удивлялась – почему я не могу пройти к своей студенческой подруге? Я пообещала, что пройду одна, без камер, съемочная группа останется здесь, за воротами. Какой вред я могу ей нанести? Они мне в ответ рассказывали про дисциплину и про всякие ужасы предыдущих визитов. К тому же, говорили они, она в плохом состоянии, уже ничего не видит, она меня не узнает и т. п. Я в свою очередь пыталась объяснить, что я лично не представляю для нее никакой угрозы, не буду распивать с ней спиртные напитки и каким-либо другим способом нарушать правила этого уважаемого заведения. Я настаивала на своем, они – на своем, но если я на что-то настроилась, меня не так-то просто сдвинуть с места! В результате меня пустили. Но - одну, без съемочной группы.

Пансион оказался очень красивым – чистеньким и современным. Всюду цветы, как раз цвела сирень. Очень приятные врачи и медсестры, все пациенты ухоженные, выглядят вполне довольными.

Палата Валентины находилась в лечебном корпусе. Открываю дверь - сидит Валюшка. Сухонькая, маленькая, как воробышек на жердочке! Первое ощущение - нежности и тепла. Она поняла, что кто-то зашел в комнату.

Я с порога говорю:
- Валюш, привет!
Ее реакция была мгновенной:
-       Не может быть!  Это что, сон?
Я рассмеялась:
-       Нет, это не сон, это я, Ирина Мирошниченко. Я пришла тебя навестить!
-       Это правда ты?
-       Правда я!
-       И ты пришла меня навестить?
-       Пришла, и не с пустыми руками. С первой клубникой, ты ведь наверняка в этом сезоне еще не пробовала клубнику? А вот тебе икра. А конфеты тебе, оказывается нельзя, у тебя диабет.
Медсестры тут же вставили:
- А икра у нас недавно была - на 8 марта.
Я говорю:
- Так то было 8 марта, а сейчас на дворе май!

Валюшка сразу объявила:
- А давай сразу бутерброд с икрой съедим? Мне очень хочется! Будем есть и болтать!
- Давай!

И пришло ощущение, что как будто и не было этих лет, как будто мы и не расставались. Еще через секунду Валентина говорит:
-       Ты, знаешь, что я ослепла?
-       Знаю.
Мы обе помолчали. Потом я стала что-то говорить, какие-то слова поддержки, держа ее за руку, мы вместе что-то повспоминали, потом я сказала:
-       Валюш, ты ведь знаешь, я всегда все напрямую говорю. Я не просто так приехала. Там за воротами стоит камера и съемочная группа телеканала Россия. Это они организовали мой приезд сюда. Они хотят заснять нашу с тобой встречу. Потому что про тебя ходит столько разных сплетен, домыслов и ерунды! Может, пусть уже люди увидят то место, где ты находишься, и твое реальное состояние? Я же приехала неожиданно, а ты сидишь как куколка, вокруг тебя - чистота и красота. Почему не показать это людям? Как ты считаешь? А, может, ты хочешь сама что-то сказать своим зрителям? Тебя многие помнят и любят, про тебя спрашивают. Может, ты захочешь лично пообщаться через камеру с людьми?

Она как-то замолчала. А потом встрепенулась:
- Ты знаешь, хочу! Очень хочу! Только мне нужно расчесаться.
Я говорю:
- Конечно! Сейчас мы с тобой наведем красоту.

Тут же забегали все ее помощницы, медсестры. Я специально об этом хочу сказать - они ее очень любят! К ней здесь замечательное отношение! И то, что они никого к ней не пускают - это не потому, что они какие-то «церберы», а тут – «тюрьма». Они очень боятся неделикатных посетителей, фотографов, желтой прессы, провокаций. Ей нельзя волноваться, она очень больной человек. Но в моем случае, к счастью, получилось, что они не только меня пустили но и, в конце концов, даже разрешили съемку – с ее согласия. Как только стало понятно, что девочка с камерой идет в палату, все засуетились, запричитали:
- Давайте мы ее покрасивее оденем! Давайте отведем ее в холл!

Но я сказала:
- Прошу вас, не надо ничего специально делать. Вот как она сидит – так и оставьте. Пусть сидит в своей собственной палате - что, человек не имеет права заболеть? Она чистенькая, аккуратненькая, трогательная, в летнем платьице, ничего больше не надо.

Наконец, Валюшка причесалась:
-       Ну все. Как я выгляжу?
-       Отлично!

И мы начали снимать. Результат вы видели потом на экране. Валечка вела себя совершенно естественно. Несмотря на камеру она вспомнила, что так и не съела бутерброд с икрой, мы начали открывать банку, она не открывается, кого-то позвали. И вот она с удовольствием и с причмокиванием начала есть свой бутерброд, заедать его клубникой и мы стали болтать обо всем. Конечно, показали в программе какие-то минуты этой записи, хотя снимали целый час.

В конце нашей встречи Валюшка мне сказала:
-       Я так рада, что ты пришла! Я прямо вдохновилась и хочу срочно начинать работать над своей третьей книгой!
-       О чем она будет?
-       Закончу историю о своем пребывании в тюрьме и расскажу как я вливалась в эту жизнь. Это будет финальная книга.
-       Валюш, наверняка это будет здорово. Поскольку к тебе есть интерес, тебя любят, кто-то сопереживает, кому-то, может, будет просто любопытно. Я убеждена, что твоя книга будет выстраданной и искренней.

Потом я пообщалась с персоналом пансиона. Я спросила:
-       А тут у вас концерты бывают?
-       Бывают, давайте мы вам покажем наш концертный зал.

Они меня повели, - потрясающий зал, красивый, большой и уютный. На сцене - рояль! Первая мысль – поговорить с Юрием Розумом, чтобы мы приехали и повторили программу, которая у нас была в Доме актера – «Актриса и музыкант». Родились еще какие-то идеи, желание сделать что-то хорошее, доброе

-       Давайте я выступлю перед вами абсолютно бесплатно, сделаем концерт. А, может быть, подключу даже Гильдию актеров, многие захотят выступить, поддержать Валентину.
-       Ой, как это будет хорошо!

Я уезжала с удивительным чувством какого-то внутреннего освобождения, окрыления и покоя. Я вернулась в свою жизнь, но от этой встречи у меня осталось пронзительное чувство боли за всех нас. Мы так мало ценим нашу жизнь, так мало радуемся тому, что у нас все более-менее стабильно и нормально. А у кого-то даже хорошо! Но ведь в любой момент жизнь может повернуться совершенно другой стороной. И никто не может это предугадать, - посмотрите, какие страшные испытания выпали на долю одного человека – смерти, потери, тюрьма, слепота! Ее слепота – это ведь тоже не просто так, не с детства же она была слепая. Она была обладательницей фантастической красоты глаз! Два огромных темных озера, невероятно выразительных.



На программу было очень много отзывов, всех затронуло. Там пытались разобраться в ее прошлом, я старалась в это не вторгаться. Это больше знали те люди, которые с ней в то время работали, общались. Мне показалось, что программа получилась добрая, позитивная. С огромным уважением к пансиону, в котором ей обеспечен хороший уход, и к людям, которые проплачивают этот пансион, продлевают ей жизнь, поддерживают состояние стабильности. И у нее даже есть планы и мечтания, она находится в каком-то внутреннем движении, продолжает жить! Она достойна этого, изумительная - для меня – девочка, прекрасная актриса. Со сложной судьбой. Она всем в конце передачи пожелала мира, тепла, доброты. Из ее уст это звучало особенно пронзительно.

На этой программе все время благодарили меня - за то, что я смогла пробиться к ней. А я все время старалась благодарить их, - и Бориса Корчевникова, который  был инициатором этой акции, и всю съемочную группу, и телеканал Россия 2. Это они дали мне возможность прийти на встречу со своей молодостью, немного поддержать Валюшу, дать ей кусочек своего тепла и, может быть, какой-то силы. Знаете, мы часто ходим на телевидение как на работу, но в данном случае это была не профессиональная, а человеческая миссия. Для меня очень важная и дорогая.

Цените жизнь, цените свое здоровье и те минуты счастья, которые иногда нам с вами выпадают!

Ваша Ирина Мирошниченко
Tags: коллеги, личное, телевидение
  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your reply will be screened

    Your IP address will be recorded 

  • 18 comments